Машинист паровозного депо станции Облучье Облученского района. Звание Героя Социалистического Труда присвоено указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 августа 1959 г. – за выдающиеся успехи в деле развитии железнодорожного транспорта.

… В горкоме партии мы познакомились с человеком, который мною лег работал с Дубровиным.

- Марев моя фамилия, - представился он.

- Сергеи Иванович… я тогда кочегаром работал в самой что называется захудалой бригаде. Чти ни поездка - один конфуз: то опоздали минут на двадцать, то буксы горят, то еще что-нибудь. И машинист вроде бы неплохой, но вот работал без огонька. И все на паровоз валил – старенькая, мол, машина, поизносилась. Вот после капиталки покажем себя… наконец локомотив выпущен из ремонта, поехали в рей – и опять беда – поломка. Одни нас на смех подняли, другие сочувствуют – мол, и в самом деле пора списывать паровоз. Такой спор разгорелся! Кто-то и нас похаял. Дескать, с такими помощниками, как у Макарова - но машинист наш, - любой механик ничего не добьется. Тут вот и заявил о себе Дубровин. «Хорошо, - говорит, - давайте мне эту никудышную бригаду, давайте никудышный паровоз! Поглядим, в чем тут собака зарыта». Многие тогда отговаривали Дубровина. Слава о нем шла по всей магистрали. И зачем, мол, рисковать. Но Дубровин не отступил. Такой уж у него характер. Да и партийная организация его поддержала. Это ведь хорошо, когда передовой, опытный руководитель по своей воле идет на отстающий участок.

- И вот через сутки, если память мне не изменяет, - продолжал Марев, - мы отправились в поездку с новым машинистом. Я в качестве кочегара, а Рыбалко - помощником. Перед выездом Дубровин внимательно, прямо-таки дотошно осмотрел весь локомотив - и туда, и сюда заглянул. Заставил нас кое-что закрепить, некоторые части заменили... В Архару поехали резервом, и Дубровин всю дорогу чутко прислушивался, как работает машина; то на всю катушку закатит, то притормозит. В Архаре он опять чуть ли не все узлы прощупал. В Облучье возвращались с груженым составом, в пути не было никаких помех, прибыли минут на десять раньше графика. В другой раз со сборным составом пошли на Биру - тоже порядок. Там нам тяжеловес предложили взять. Я советовал Дубровину не брать, не надеялся на локомотив. Профиль дороги от Биры до Облучья очень сложный – подъем на подъеме. А он улыбается: осилим, говорит, не впервой. И что вы думаете? Привели тяжеловес в Облучье на двенадцать минут раньше срока. Марев закурил, задумался.

- Что дальше было?

- переспросил.— Все хорошо было. Что ни поездка - благодарность. Месяц поработали и вышло: бригада наша больше других перевезла грузов, больше всех сэкономила топлива... Выходит, и правда; дело мастера боится.

Машинист Облученского локомотивного депо Виктор Михайлович Дубровин кроме Золотой Заезды Героя Социалистического Труда был награжден еще двадцатью шестью медалями и орденами. Орден Красной Звезды и медаль «За отвагу» получил еще в тридцать девятом. Отличился в боях с японскими самураями в Монголии - на реке Халхин-Гол. Храбро дрался Виктор Михайлович и в сорок пятом, на полях Маньчжурии.  

(Из сборника «Звезды рабочей славы»)